Әти-әниләр һәм мөгаллимнәр өчен махсус кушымта

Четверг, 01 сентября 2016 11:34 // Прочитано 598 раз

ОЖИВАЮЩИЙ ГОРОД

Они появились внезапно, но за год с небольшим успели сделать столько, сколько многим не удается и за десятилетия. Они заметно обновили художественный ландшафт Казани, выступили в роли катализатора многих театральных проектов, погрузили город в общероссийский контекст.

Нельзя сказать, что Казань до них влачила жалкое существование на задворках театрального процесса, но не ходила она и в лидерах его. Были отдельные и весьма серьезные удачи разобщенного сообщества. Был и системный рост одного отдельно взятого коллектива. Не стану называть его, пусть каждый примет на свой счет. Но в целом театры города жили по большому счету изолированно, степень влияния одного на другой стремилась к нулевой величине. Само понятие «Театральная Казань» как для горожан, так и для гостей столицы Татарстана не складывалось в единую картину, отсутствовал некий пазл. Мне могут возразить, что и нет такой необходимости, ну живут театры поврозь, и нет в том беды, у каждого свой путь, своя, в идеале, миссия. С этим сложно и незачем спорить. Боюсь, что не имею в виду микс художественных направлений как идеал для театральной ситуации города. Какой смысл ходить из театра в театр за умножением сущностей, за повторами повторов? Такое невозможно в принципе даже в пределах драматического искусства. А в Казани представлены почти все виды театра. Да плюс двуязычие. Поэтому не это я имею в виду. Но интеграционные процессы должен был кто-то запустить и вот почему. 
 
Российский театр сегодня активно меняется. На ведущие сцены страны все смелее проникают кросс-жанровые постановки. Размываются видовые границы театрального искусства: самый яркий пример – кукольный спектакль БДТ «Когда я снова стану маленьким», лауреат «Золотой маски» в нескольких номинациях. Все ощутимее крен в сторону социальных проектов, визуального, документального театра – за несколько лет тот же вербатим из экспериментальной формы перешел в разряд поденщины. Все настойчивей вторгаются на территорию драмы современный танец, физикл-театр. Переживает расцвет новая опера и неклассический балет. Если мы добавим в этот список спектакли-променады (по нашему «бродилки»), спектакли-экскурсии, спектакли-лекции, постдраматические, постмодернистские, концептуалистские пос-тановки, то картина современного российского театра предстанет нашему взору пестрым ковром, каждая деталь которого – важная, неотъемлемая часть целого. Как к этому относиться – личное дело каждого. Многие и сейчас стоят горой за «великий русский психологический театр» в его неизменно репертуарной модели, за идею «театра-храма», «театра Добра», засвоего рода герметичное существование в границах раз и навсегда найденного метода. Нет возражений, люди вправе исповедовать любую художественную веру. Вот только игнорировать тектонические сдвиги, затронувшие все здание российского театра – бессмысленно. И бороться с ними – а агрессивные голоса чаще звучат из стана защитников театральных традиций – тратить зря время и силы. Любые перемены – это не столько результат прямых действий отдельных творцов, сколько эманация многих и многих чаяний, мыслей, потребностей. Время само диктует и формирует смену художес-твенных вех. Это неизбежный процесс – бороться с новым искусством все равно что пытаться остановить движение литосферных плит. Театр сегодня тотален, он проникает во все сферы жизни, он разнообразен и многолик, протеизм его беспределен. Не все из того, что предлагает современный театр, значительнее былых побед, не все переживет наше время, не все равноценно. Но рваный пульс нашей эпохи звонче бьется именно здесь. На территории современного театра. А поэтому некоторое с ним знакомство как минимум не помешает даже строгим ревнителям классических форм. Интегративные процессы – тот мост, по которому в целях общего развития можно прошагать от одной нацио-нальной театральной культуры к другой, от новаций к традициям, от кукол к балету, от новой драмы к классике, от авторского театра – к социальному, и от проектного – к репертуарному. Я написал «можно»? Думаю, стоит выразиться четче – это необходимо для гармоничного развития городской театральной среды. 
 
Как ни странно, первым значительным шагом на пути к переменам стал фестиваль молодой татарской режиссуры «Ремесло». Его концепция изначально опиралась на двуязычие участников – коллективов из нашей респуб-лики и сопредельных регионов. «Всеядность» фестиваля – в нем были представлены практически все виды театрального искусства – также сыграла положительную роль. Но главное – в Казани и Рес публике Татарстан стала возникать среда молодых театральных деятелей – режиссеров, драматургов, актеров, о театре пишущих журналистов – тесно связанных друг с другом, поколенчески и мировоззренчески близких, говорящих на одном профессиональном языке. В этой среде есть люди, творящие на татарском, есть русскоязычные, есть сторонники радикальных взглядов, есть традиционалисты, но главным объединяющим фактором для большинства выступает синтез художественных форм и поиск новых смыслов. 
 
Другим важным событием в данном направлении стало избрание Фарида Бикчантаева на должность Председателя регионального СТД. На тот момент его кандидатура устроила всех: руководитель старейшего татарского театра, играл в «Шейлоке» и ставил в Качаловском, ставил в ТЮЗе, человек, выросший и добившийся многих успехов на стыке культур. На посту Председателя он сделал немало. СТД Татарстана ожил, теперь там кипит жизнь и кипит она именно в объединяющем театральных людей ключе. Другим немаловажным фактором для формирования театральной общности города и республики стало учреждение премии «Тантана». Конкурсное, соревновательное начало стало серьезным стимулом зорче присмотреться к работе коллег. Доходило до курьезов – некоторые актеры десятилетиями не интересовались, чем живут их соратники из других коллективов. Конечно, и сейчас есть такие, чей интерес к искусству исчерпывается собственным творчеством и не мне осуждать их. Но тенденция налицо – театры Казани и республики стали ближе друг другу. Так что ситуация зрела исподволь. Они довершили начатое.
 
Наконец-то, настала пора озвучить – кто эти загадочные «они». Сведущий читатель наверняка уже догадался – речь о Фонде поддержки современного искусства «Живой город» в лице Инны Ярковой, Дианы Сафаровой и Артема Силкина, а также их многочисленных и деятельных помощниках и партнерах. 
Инна Яркова – в прошлом актриса, ученица прославленной Юноны Каревой и Вадима Кешнера. Актерская карьера не задалась, но сожалеть об этом не стоит, так иногда случается.Зато педагоги привили ей колоссальную любовь и уважение к театру. Желание что-то изменить в театральной культуре Казани и окрестностей возникло не на ровном месте. Сначала был спектакль «Иллюзии» Семена Александровского, показанный в рамках единственной казанской территории. Там у моей героини открылся портал в странный мир современного театра. У Инны высшее образование по юриспруденции, но одним из главных, определивших ее биографию событий стала двухгодичная учеба в «Школе театрального лидера» при Центре имени Вс.Мейерхольда в Москве. Под руководством куратора проекта Елены Ковальской и ведущих столичных специалистов-практиков в различных областях театрального дела молодые режиссеры, драматурги, художники, критики, менеджеры постигали азы и знакомились с подводными течениями искусства организации театрального процесса. Там же Инна обросла связями, перезнакомилась с молодой театральной элитой/шпаной России, пересмотрела десятки спектак-лей различных школ и направлений, отточила до безупречнос-ти собственный вкус. Кстати, к первой выездной сессии«Школы театрального лидера» в Казани фонд «Живой город» имел самое непосредственное отношение. В Москве Инна услышала заветное для российского театрального сообщества имя Олега Лоевского, который стал художественным руководителем и вдохновителем многих проектов фонда. Собственно, мы так и познакомились с Инной осенью позапрошлого года – в маленьком самолетике, летевшем в Пермь, где должна была состояться долгожданная встреча молодого театрального деятеля с гуру реального театра. Кажется, с той поры минула целая вечность. Сегодня Яркова – один из самых перспективных театральных деятелей страны, директор и «локомотив» фонда «Живой город», его мозг. 
 
Имя Дианы Сафаровой у многих на слуху. Дочь бывшего министра внутренних дел, ныне руководителя аппарата Президента Республики Татарстан, человека более чем влиятельного. И отношение к ней, красавице и умнице, в обществе однобокое. Для многих она олицетворяет собой яркую представительницу «золотой молодежи», звезду казанского гламура и пр. Справедливости ради скажем, некоторые основания для этого имеются, но это лишь часть образа. Не главная часть. Диана успешно защитила диплом в ГИТИСе, поставив музыкальный спектакль «Маугли» в набережночелнинском театре «Мастеровые». С таким азартом и исступлением, пытаясь довести до блеска каждую деталь постановки, каждую сцену, может работать только очень профессиональный и влюбленный в свое дело человек, умеющий сплотить вокруг себя ансамбль исполнителей. Это искусство. Здесь не помогут связи, чьи-то имена-фамилии, лишь собственные бойцовские качества и творческие амбиции режиссера, его знания и талант. Конечно, «Маугли» не стал шедевром, зато состоялся очень уверенный и оригинальный дебют в профессии молодого режиссера. И во втором по значимос-ти городе республики появился резонансный и смелый спектакль для детской аудитории. Но Диана человек творческий, а потому легко увлекающийся новым. Вмес-то того чтобы закрепить и развить свой постановочный успех, она с головой окунулась в новое для себя амплуа драматической актрисы. В рамках организованной «Живым городом» театральной лаборатории «Город-АРТподготовка» она, работая в паре с ведущим актером ТЮЗа Романом Ерыгиным, сыграла Музу смерти в эскизе спектакля по пьесе польского драматурга М.Вишнека со сложным названием «История медведей Панда, рассказанная саксофонистом, у которого есть подружка во Франкфурте» в постановке Юлии Ауг. Сыгранный на чердаке художественного училища эскиз дал понять про Диану одно – это не блажь, Сафарова – серьезная драматическая актриса и хотя, возможно, не каждая роль окажется ей под силу, но в границах своей индивидуальности она может сыграть уверенно, без скидок на отсутствие образования. Пример Ауг, режиссера и актрисы, человеческая и творческая дружба со звездой «Овсянок» и «Екатерины», вдохновил и окрылил Сафарову. Очень сложно представить, куда в следующий раз занесет судьба Диану Сафарову, в каком творческом проекте примет участие и в каком амплуа она выступит. Да это и не важно. Важно, что она сто-пятсотпроцентная творческая личность, талантливая трудяга и, конечно, душа честной компании. 
 
Мужское начало фонда воплощает Артем Силкин, директор Государственного историко-архитектурного и художественного музея «Остров-град Свияжск». Именно при его активном участии остров-град уже второе лето подряд принимает театральную лабораторию «Свияжск-АРТель», где в естественных декорациях чудо-острова молодые российские режиссеры с громкими именами ставят эскизы будущих спектаклей. Скоро, совсем скоро летний Свияжск станет островом-театром выходного дня. Подберется квестовый репертуар, будут экскурсионные бродилки, спектакли в помещениях, спектакли по текстам местных авторов, документальные спектакли.Кроме этого Артем отвечает за кино-составляющую деятельности фонда. Люди уже привезли в Казань Сокурова и Стеллинга. Даже страшно помыслить, что они удумают дальше. Колоссальный опыт Силкина в том числе на ниве государственной службы несомненно усмиряет фантазию со-учредительниц, но и ограждает от неверных, непродуманных шагов. Эти трое взаимно дополняют друг друга. «Живой город» – это трио. 
 
«Живой город» для своих проектов не делит театры на свои и чужие, частные и государственные, русские и татарские. С самых первых шагов они четко определили двуязычный паритет всех своих начинаний. Заручившись поддержкой Министерства культуры, за ресурсами и подмогой пришли в театр Камала. Директор фонда всегда настаивает на участии в мероприятиях татарских театров. Фонд организует гастроли театров, проводит лаборатории и читки, образовательные программы, участвует в формировании театральной среды. Недавно, простите за тавтологию, обрели свой угол – театральное пространство «Угол», где уже состоялось несколько знаковых для города событий. Активными партнерами фонда выступает наш театр, имени Камала, и русский ТЮЗ. Не за горами, мне думается, их проекты и с другими театрами города. С ними легко и четко работается, их цель не слава или деньги, но участие в водовороте театральных событий.
 
Расскажу лишь об одном из них. Последним по времени успешно реализованным проектом «Живого города» стала Театральная лаборатория для подростков «Классная драма». Суть проекта вот в чем. Набирается группа, состоящая из подростков из разных социальных групп, в том числе, из неблагополучных семей, с особенностями развития. Под руководством опытных драматургов, прошедших специальную подготовку, ребята придумывают сюжеты и пишут свои пьесы. Драматурги имеют право подсказывать, отвечать на вопросы, но в сам творческий процесс они не вмешиваются. Подростки пишут на свои темы, любые темы. На это обычно уходит неделя. По завершению данного этапа проходят читки пьес авторами, а профессиональные режиссеры ставят их тексты с профессиональными актерами. Это помогает подросткам социализироваться, прививает интерес к театральному делу, а театры, таким образом, знакомятся с кругом тем и проблем, интересующих их потенциального зрителя. Ведь вчерашний подросток завтра придет в театр. Или не придет. То есть это взаимовыгодная театральная история, имеющая колоссальное социальное и культурное значение. Родилась эта инициатива в Шотланди лет десять назад. Прижилась она и в России, но Казань впервые принимала подобный проект.
 
Руководители фонда сразу обозначили, что проект будет двуязычный. Это, кстати, казанское ноу-хау. Впервые в мире клэсс-экт (классная драма) проходил сразу на двух языках, с участием двух национальных театров – Камала и ТЮЗа. Об этом в день показа эскизов торжественно сообщила со сцены московский куратор проекта Мария Крупник. Всего было написано 15 работ – 12 на русском и 3 – на татарском. Справедливости ради отметим, половина детей писавших на русском языке по национальности татары. Один мальчик долго колебался – в какую группу идти, но выбрал в итоге русскую. С юными авторами работали известные драматурги Юрий Клавдиев и Кира Малинина, а татарскую группу курировал талантливый поэт и начинающий драматург Рузяль Мухаметшин. 23 августа состоялись читки, 29 – 
показы. В театре Камала постановку пьес осуществил Олег Кинзягулов под чутким руководством Фарида Бикчантаева, в ТЮЗе – талантливый московский режиссер Никита Кобелев и педагог театрального училища Татьяна Лядова. Поскольку вся работа велась на территории казанского ТЮЗа, нельзя не поблагодарить его художественного руководителя Туфана Имамутдинова. Это был верный выбор молодого руководителя.
 
Вот, так сказать, сухая статистика, информационная справка. На самом деле силами фонда, двух театров, драматургов и режиссеров, а главное подростков и неравнодушных зрителей был осуществлен грандиозный прорыв в новую театральную реальность. Мы, театральные деятели, смогли воочию убедиться, а в некоторых случаях и ужаснуться – вокруг нас существует целый мир, подростковых фантазий, страхов, грез, который театр часто не замечает, общаясь с ним со сцены о добре и зле в форме сказки, иногда притчи, но чаще унылым театральным языком прописных истин. То, что в России практически отсутствует театр для подростков, конечно, давно не новость. Теперь это стало еще более очевидно. Но нет беды – 
именно благодаря таким проектам в будущем может возникнуть подлинный театр юного зрителя. Буду счастлив, если это произойдет в Казани.
А так… Подростков интересует совсем не то, что мы привыкли себе представлять. Будущее, где судят человека, уничтожившего целую галактику. Сектантство, богоборчество, богоискательство в стиле современных скандинавских пьес. Подкинутые наркотики и исковерканная жизнь группы молодых людей. Аутизм и забота о воображаемом друге. Нелегкая судьба певицы Валерии. Боязнь одиночества. Страх нелюбви. Дружба и предательство. И многое другое. А в основном – изгибы судьбы. Бизнесмен, узнав о смертельном диагнозе, завещает все состояние фондам по борьбе с детской онкологией и пускает себе пулю в лоб, а врачи всего лишь перепутали диагноз. Девушка в день совершеннолетия узнает, что ее взяли из детдома и отправляется на поиски мамы, а находит любовь. Мальчик-татарин с мамой бежит от войны в Донбассе, а для одноклассников в Казани становится «фашистом» и «хохлом». Художник, превращает в ад жизнь домашних. Оступившийся парень, в мгновение ока становится преступником. Отец, влюбившийся в классную даму, отдает дочь в интернат… Подростки чужды фальши и не обременены знаниями, в их палитре отсутствуют полутона. Их ненависть жестокосердна. Дружба искренна. Любовь прекрасна. Их мечты сбываются. Но и кошмары обращаются в явь…
 
Меня часто спрашивают – в чем задача театра? Обнажать проблемные зоны в обществе. Даже идя на поводу у зрителя, даже ублажая его. Мы живем на краю великих театральных перемен. «Классная драма» в Казани это доказала.
 
Автор:  Нияз Игламов


Поделитесь с друзьями

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Игъланнар тактасы

Конкурслар